Шарлотта кивнула:

- До сегодняшнего дня. А теперь я расскажу вам все.

Баронесса снова взглянула на Силье:

- Это как-то связано с ней?

- Это она попросила меня рассказать вам обо всем. Она считает, что нам потребуется совет и поддержка более зрелой женщины.

- Я слушаю!

Шарлотта глубоко вздохнула:

- Я родила ребенка.

Мать уставилась на нее:

- Фу, что за чепуха! К делу.

- Но это правда!

- Не глупи. Я бы увидела. Ты же все время была на виду.

- Это правда, поймите. Никто не заметил! Одежда скрывала мое тело, а я всегда была очень худа. И потом, я тщательно шнуровалась.

- Нет, Шарлотта, этого я понять не могу. Чтобы моя дочь... А потом горничная бы наверняка...

- Эта гусыня? Я все время обманывала ее, одевалась только сама.

- Шарлотта, я надеюсь, это несерьезно?

- Напротив. - Дочь явно была испугана, но решимость не оставляла ее. Но почему ей не верят! - Я родила на сеновале, завернула ребенка в эти вещи и оставила в лесу. Потом горько раскаивалась и беспрестанно плакала, но сделать ничего не могла. Я даже хотела уйти в монастырь, если помните...

Баронесса Мейден широко распахнула глаза:

- Не верю ни одному твоему слову!

Шарлотта взяла с ночного столика Библию и положила на нее руку:

- Клянусь Богом и своей душой, что каждое сказанное мной слово истинная правда.

- Да, это правда, Ваша милость, - тихонько произнесла Силье.

Баронесса страшно побледнела и упала в обморок. Шарлотта принесла нюхательную соль, и баронесса постепенно пришла в себя.

- Не может быть! Этого не может быть! Просто скандал! А что скажет отец? - рыдала она.

- Ему совсем необязательно знать об этом. Но ваша помощь нам просто необходима.

- Кто-то видел... как ты оставила ребенка в лесу? Эта женщина? Ну да, шаль и теперь она требует денег?