— Безусловно, и мои действия были теми же. Я должна регулярно беседовать с ним, чтобы достучаться до его второго «я».

— А между тем, — заметил Барэн, — он мог убить нас в любой момент без вмешательства стражей, только потому что его магическая сила вышла из-под контроля разума.

— Все возможно. Мы должны быть все время начеку.

Барэн недоверчиво фыркнул.

— Начеку? Да если ему взбредет в голову обрушиться против нас, мы ничего не сможем сделать — даже если бы у нас выросли крылья, — он махнул рукой в сторону пейзажа за окном. — Удавалось ли живому существу пройти через эту пустыню?

— Удавалось — каторжникам.

— Это случалось раньше, когда воздействие еще не было таким суровым. Хотелось бы тебе выйти наружу?

— Только в безвыходной ситуации, — ответила она.

— А еще это Зеркало, — продолжал он, — теперь оно не действует, как и большинство других магических предметов. Даже Джелерак не может связаться с нами.

— В настоящий момент у него могут быть другие дела. Кто его знает?

Барэн передернул плечами.

— Как ни верти, — пробурчал он, — а результат один: ничто не проникнет внутрь и ничто не покинет пределы места, где мы находимся.

— А я готова поклясться, что многие пытаются проникнуть сюда. Это место — настоящий рай для любого чародея со стороны.

— Пожалуй, так бы оно и было, если бы удалось овладеть ситуацией. Конечно, там никто не может знать, что происходит что-то неладное. Несомненно, это будет азартная игра.

— Но куда менее азартная для тех из нас, кто находится внутри, ты так не думаешь?

Барэн облизал пересохшие губы и в замешательстве уставился на Семираму.

— Что-то я тебя не понял…

В это время приблизился раб, он шел от конюшен и тащил тачку с лошадиным навозом. Семирама выждала, пока он прошел мимо.

— Я наблюдала за тобой, — вновь заговорила она, — я вижу тебя насквозь, Барэн. Неужели ты серьезно считаешь, что можешь завладеть этим местом, восстав против своего господина?