- А ну-ка достаньте его карточку. Ах, вот она... Мельников Михаил Антонович... Хронаксиметрию сами проводили? Это хорошо... А вот как с рефлексами у вашего Диспетчера? Что?! Обостренная реакция?

- Но он редко выходит в полет, очень редко, ведь он не пилот.

- Ну что ж, начнем знакомство с этого вашего Гусара. Как вы производите вызов, по селектору?

Цезарь Николаевич набрал номер телефона, и в динамике, по которому до этого приглушенно транслировалась Москва, раздался голос:

- Гусар слушает...

- Борис Дмитриевич, зайдите на медпункт, вас хотят осмотреть. - Цезарь Николаевич положил трубку на место. - Он сейчас придет, - сказал он, - сами увидите.

Не прошло и двух минут, как дверь распахнулась и в комнату, сильно прихрамывая, вошел очень высокий человек.

"Действительно гусар", - подумал Платон Григорьевич, внимательно разглядывая вошедшего: шапка вьющихся черных волос, ясные карие глаза под густыми, будто нарисованными бровями, лицо доброе, мягкое.

- Борис Дмитриевич, с вами тут хотят познакомиться, сказал Цезарь Николаевич.

Ладожский издал неопределенное восклицание и вдруг громко застонал, схватившись за поясницу.

- Что с вами, Борис Дмитриевич? - забеспокоился Цезарь Николаевич. - Опять радикулит?

- Сил нет! - выразительно и громко сказал Ладожский. Сил моих больше нет. Если бы не моя перечница - конец!

Ладожский твердо взглянул в глаза Платону Григорьевичу и торжественным жестом протянул ему какой-то округлый белый предмет.

- Что это? - немного растерянно спросил Платон Григорьевич.

- Рекомендую, единственное проверенное средство от радикулита. - Ладожский со стуком поставил перед Платоном Григорьевичем белую фаянсовую перечницу. - Не узнаете? - спросил он. - Ресторан "Арарат". Больше таких нет нигде. Обратите внимание на форму. Похищена, признаю совершенно открыто, в сорок шестом году.

- Сколько же лет вы страдаете от радикулита? - спросил Платон Григорьевич.