Он сел в кровати и уставился в темноту. Он хотел позвать ее по имени, но его у нее не было. Она вроде бы ползла к кровати. Да, решил он, так оно и было. Неужели она упала в темноте и ушиблась? Без дальнейших задержек он вслепую потянулся к лампе рядом с кроватью…

Но как только он это сделал, он почувствовал, как она упала на матрас. Он потянулся в ее сторону, взял за руки и подтянул наверх. «Ты в порядке?» — спросил он, не ожидая ответа.

Она испустила глубокий стон.

Ее руки казались тоньше. Они напоминали атрофированные руки голодающего ребенка. И ее дыхание было болезненным. И ее грудь, когда она упала на него, была твердой и костлявой…

Дрю завопил, попытался столкнуть с себя создание, но широкие лоскуты кожи накрыли его, подобно одеялу, придавая жалкому существу вес. Его лицо вжалось в шею Дрю в ужасном подобии женского поцелуя, но тот знал, что это была не она. Это было распятое создание, каким-то образом освободившееся от шипов.

В порыве паники Дрю столкнул его с кровати, внезапно ужаснувшись мысли, что оно удушит его своим скатоподобным телом. Создание шлепнулось на пол, а он метнулся к лампе.

Оно снова стало взбираться наверх, и Дрю выпрыгнул из кровати и попятился. Он наблюдал за тем, как мерзкое создание пытается втянуть себя на кровать. Безглазая голова приподнялась, словно вынюхивая его. Искореженный рот в движении, из уголка стекает слюна. За существом тащились шнуры системы жизнеобеспечения.

Дрю оглянулся на стену, на которой оно было подвешено, и увидел стоящую перед собой женщину.

Она была обнаженной. Ее густые волосы, как и всегда, очаровательно полускрывали лицо, словно у первобытной женщины, воплощения дикой невинности. Его зверушка. Его любимец.

Но под мышкой она держала его голову.

А по диванным подушкам были разложены все его эмбрионы, его будущие клоны. Все уже были мертвы, кроме одного, виляющего своими крошечными конечностями, будто плавниками.