Она молчит, но мне кажется, что я слышу ее дыхание.

– Ты многих провожала наверх?

– Многих, - отзывается она слева, и снова нелогично добавляет, - ты первый.

Испуганный человечек внутри меня съеживается от ужаса, чувствуя бездну под ногами, но тот, что снаружи хохочет, охваченный эйфорией близкого падения.

– Я всегда вру! Это про тебя.

Она молчит так долго, что я успеваю подняться еще на полметра.

– Я всегда говорю правду, - слышу я за спиной.

Она что, умеет шутить?

– Что я увижу в Чаше?

– Будущее.

– Чье будущее, шизза? Я ведь умру! У меня нет будущего!

– Есть.

– Ты нарочно каждый раз возражаешь мне, да?

– Это правда, - доносится из-за плеча. - И это ложь.

Я смеюсь и ползу по скале к облакам. Отпустить руки, встретиться с землей, так и не заглянув в Чашу - кажется сейчас забавной шуткой. Шизза обгоняет меня, я задираю голову и вижу четыре зрачка, словно впитавшие солнечный свет.

– Она уже видна.

Я поднимаю глаза к небу. Я вижу, как в облаках отражается поток невыносимо изумрудного света, и задыхаюсь от предчувствия невозможного.

Кажется, в следующую секунду я уже переваливаюсь через край, раздирая кожу на колене острой бровкой. Впереди глубокая, как жерло вулкана, шахта и на дне ее... вот сейчас... я увижу...

Я заглядываю внутрь.

И слепну от нестерпимого блеска миллионов изумрудных граней.

И умираю - целую вечность.

***

Солнце ушло, и Чаша потухла. Я смотрю вниз и вижу на дне жерла вогнутую поверхность зеленоватого кристалла. Просто камня: необычного, но не сверхъестественного.

Я добрался до нее и ничего не увидел. Ни-че-го.

– Чаша не показывает будущее, - безмятежно сказала шизза.

– Но какой смысл?

Изумрудный свет отражается в четырех зрачках.