Ключ повернулся в замке со странным щелчком, но Анна не обратила на него внимания. Ничего не подозревая, она вошла в прихожую, скинула туфли и взглянула на себя в зеркало. Под глазами залегли темные тени, черты лица заострились, губы были сжаты в тонкую линию. У нее не осталось сил даже на то, чтобы огорчиться по поводу своего плачевного вида. Она подняла было руку, чтобы поправить растрепавшиеся волосы, но бессильно уронила ее. Тяжело волоча ноги, она побрела в ванную, взялась за ручку и услышала позади себя резкое:

– Стоять! Не двигаться! Руки за голову.

От неожиданности Анна икнула и машинально повиновалась. Чьи-то грубые руки обшарили ее тело, потом ее рывком повернули спиной к стене, и она наконец увидела говорящего. Точнее, она увидела двоих. Их форма и непроницаемые лица не оставляли сомнений относительно рода их деятельности. «Так быстро?» – пронеслось у нее в голове, но ни страха, ни огорчения она не испытывала, скорее уж облегчение оттого, что все столь быстро закончилось.

Из комнаты неторопливо вышел еще один человек в форме, который разглядывал Анну с нескрываемым любопытством и некоторой брезгливостью, как будто обнаружил на стерильном кухонном столе рыжего таракана с зелеными усами. Необычно, но противно.

– С возвращением, – ухмыльнулся он, засовывая руки в карманы и с трудом сдерживая зевоту. – Любите ночные прогулки?

– А в чем дело? – без особой надежды на ответ спросила Аня.

– Вот только этого не надо! – неожиданно окрысился главный. – Вы прекрасно все понимаете, гражданка Сомова. Долго же мы вас ловили. Но, сколько веревочке ни виться…

Анна поморщилась.

– Может, все-таки объясните? Или документы какие-нибудь предъявите? – спросила она.

– Ишь какая подкованная! – хмыкнул один из парней, тот, кто ее обыскивал. – И красивая. Даже жалко, что воровка, по виду и не скажешь.