Не стал бы он иначе заводить беседу с полузнакомым вором, не стал бы слушать его болтовню (Длинный Анто не заблуждался на свой счет и в душе всегда весело хохотал над тем, кто внимал ему почтительно, безуспешно пытаясь уловить смысл рассказа). Судя по тому, что говорили о юном варваре в городе, он не любил терять понапрасну время; он был решителен, смел и ловок; речи его отличались краткостью, а взгляд — гордостью. В общем, именно такой друг был просто необходим бритунийцу.

— Но если мы не станем платить Куршану, он убьет Ловкача,- пожимая плечами, сказал Анто.

— Тогда я убью его,- мрачно отозвался Конан.

— Жизнь за жизнь, смерть за смерть? Вряд ли сие разумно. У меня есть другой план…

Варвар поднял на него синие, чуть помутневшие от выпитого пива глаза:

— Что за план?

— Мы выкрадем Ловкача обратно.

— Нет. Сын Крома никогда не будет воровать свою собственную вещь.

— У вора не грех украсть.

— Чужое — не грех. А мое он должен вернуть сам…- Конан вдруг умолк, с подозрением посмотрев на Длинного Анто.- Хей, приятель, а тебе-то что за дело?

В отличие от бритунийца, в голове его не было и тени мысли о дружбе с этим парнем. Прознав о том, что он часто видит разбойника Куршана и даже в некотором смысле является его наперсником, Конан решил найти его и выяснить, каковы намерения похитителя, каков его образ жизни и как распределяется охрана в его доме. Ибо план освобождения Ши Шелама уже был разработан им нынешним утром и менять его он не собирался.

— Я только хочу помочь тебе,- растерянно сказал Анто.

— Тогда скажи, имеет ли Куршан обыкновение покидать дом и сколько охранников его сопровождает?

— Имеет… Два охранника и большой черный пес по кличке Мухруз. У него сильные лапы, острые зубы и мощные челюсти — я его боюсь.

— Вздор! Я насажу его на свой меч, как петуха.

— Ох, северянин, отважны твои речи, да не так просто убить этого пса.