Теперь Одиль надеялась, что она уже освоилась во дворце. Ни скопление людей, взиравших на нее восхищенно или враждебно, ни пронзительная музыка, ни блеск свечей и факелов – ничто уже не смущало ее. Но она понимала, что испытания не закончены. Необходимо окончательно подчинить принца своей воли. А это возможно только с помощью крестной.
Она будет сегодня здесь. Но когда она появится? И как Одиль ее узнает?
Когда секретарь сообщил принцу, что некий мэтр Ланже сегодня же отбывает, Франсуа оставил спутницу, клятвенно заверив ее, что скоро вернется. (Он почти не лукавил. Ибо почти принял решение. Пусть провалится к дьяволу Вильгельм Оранский и его порученец заодно.)
Одиль отошла к окну. Она была даже рада передышке и хотела обдумать дальнейшие действия. Но не успела. Кто-то тронул ее за руку. Одиль резко обернулась, и ей показалось, что она видит собственное отражение – черноволосую даму в багряном платье. Та протягивала Одиль хрустальный бокал.
– Крестная?
– Да, дитя. Ступай. Никто не заметит твоего отсутствия, я подменю тебя. Мой слуга проводит тебя до покоев принца. Вот вода из источника Люсен, выльешь ее в кубок, стоящий на столе. Когда придет принц, делай все, что он от тебя потребует. Не бойся утраты девства, это необходимо для достижения нашей цели. Когда это произойдет, обновление крови завершится. Я стану тобой, а ты мной.
– Вы… употребите какие-то чары, крестная?
– Да. Чары уже действуют. Ступай же, время не терпит.