- Странный? Надеюсь, у него не две головы? - Кеслингер улыбнулся, и Дитрих облегченно вздохнул. - Ну хорошо, давайте вашего странного генерала сюда.

Кеслингер сдвинул в сторону тарелки и сел на табурет. Двое автоматчиков ввели пленного, и у штурмбаннфюрера поднялись брови.

- Это генерал? - спросил он, оборачиваясь к Дитриху. - Это же мальчишка!

- Тем не менее это русский генерал-майор, - развел руками Дитрих. - Мы проверили документы. Вот, возьмите, тут все бумаги и личные вещи.

- Я могу сесть? - спросил генерал на отличном немецком.

- Разумеется, - кивнул Кеслингер. - Эй, дайте ему табурет и проваливайте! Дитрих, я вас позову, если понадобится.

Генерал сел на лавку у стены.

Действительно, генеральская форма, звездочки в петлицах, пустая кобура не ремне. Левая рука его была перевязана грязным окровавленным бинтом, босые ноги сбиты в кровь. Невысокий, худощавый, светловолосый. Арийский тип, подумал Кеслингер. Как интересно смешивается кровь. Вполне мог бы маршировать под Триумфальной аркой вместе с парнями Кеслингера, тогда еще гауптштурмфюрера. Но молод, как молод! Что за маскарад?!

Русский внимательно смотрел на штурмбаннфюрера, словно изучая.

- Сапоги, разумеется, отобрали, - раздраженно констатировал Кеслингер. - Извините, герр генерал, эти солдаты... Значит, переводчик нам не нужен. Откуда знаете язык?

- Изучал, - туманно ответил генерал. - Я знаю несколько языков.

- Хорошо. Меня зовут Кеслингер, штурмбаннфюрер Кеслингер.

- Эсесовец, - понимающе кивнул генерал.

- Эсесовец, - согласился Кеслингер. - Ваши сведения об СС, разумеется, подсказывают, что я вас тут же начну пытать? Разочарую вас: поверьте, не собираюсь. Более того, не люблю.

Не буду покрывать гестапо, но СС - не совсем то, чему вас учили в Академии Генштаба. Как вас зовут, герр генерал?

- Силантьев. Андрей Силантьев.