Он выскочил на рампу, возле которой урчал на холостых оборотах продуктовый автофургон с распахнутой настежь задней дверью. На рампе стояло несколько ящиков с кефиром, и Змей краем глаза заметил улепетывающих со всех ног грузчиков. Из кабины высунулось недоумевающее лицо водителя. Змей спрыгнул с рампы и бросился к кабине, держа перед собой направленный на водителя пистолет. Водитель буквально на глазах позеленел, сделавшись похожим на лежалый труп, и послушно выбрался из кабины, так высоко задрав руки, что это выглядело даже смешно.

Змей оттолкнул его и взобрался в кабину. Дверца захлопнулась за ним со второго раза. Он бросил пистолет на сиденье поверх каких-то накладных, воткнул передачу и резко тронул машину с места. В кузове с шумом обрушились какие-то ящики, треснуло, разбившись вдребезги, бутылочное стекло, позади матерно заорали в несколько глоток, но автофургон уже нырнул в кирпичный тоннель арки. Одна из болтающихся створок распахнутой задней двери с грохотом ударилась о стену, сорвалась с петель и упала на дорогу. Скрежетнув передним крылом о стену и своротив торчавшее на длинном кронштейне боковое зеркало, Змей вырулил на параллельную улицу и устремился прочь от места неудачного ограбления.

Дизельный грузовик неохотно набирал скорость. Глянув в уцелевшее боковое зеркало, Змей обнаружил, что его лицо все еще скрыто трикотажной маской. Он содрал с головы вязаный шлем, прихватил им лежавший на сиденье пистолет, прижал оружие к рубашке и со всей возможной тщательностью протер ствол и рукоятку, уничтожая отпечатки своих пальцев. До сих пор ему не приходилось вступать в непосредственный контакт со следственными органами, и его отпечатков не было ни в одной картотеке. Такое положение вещей вполне устраивало Змея, и он хотел, чтобы оно сохранялось впредь.

Вытерев пистолет, он снова швырнул его на сиденье, загнал машину во двор, заглушил двигатель, тщательно протер руль и рукоятку переключения передач, перевел дыхание и спокойно вылез из кабины.