А после этого им оставалось только вытащить Рочерса из кутузки и направить одного по пустынной дороге. Они внесли за меня залог и произнесли слова "Утренняя звезда". В принципе, только этого было достаточно, чтобы я сломя голову поперся в пансион в тот же день. Но им хотелось запугать меня. Они трансформировались в несуществующих Хаткинса и Брайтера. И, действительно, чуть не напугали до смерти. В буквальном смысле слова.

Какие документы показывал Бертран в облике Брайтера крепкомордому оперу, было несущественным, документы легко подделать. А вот каким образом Бертран получил матрицу генного кода капитана корабля-разведчика No130 - это вопрос. Ведь Хаткинс говорил, что впрыскивал себе кровь убиенного, прежде чем принять его облик...

Я теперь знал то, что не мог знать Хаткинс. Его экипаж, работающий на внеземную цивилизацию, представлял собой не разобщенное множество совершенно одинаковых разведчиков-одиночек, рассыпанных по мегаполисам планеты. Это был коллектив узкоспециализированных исполнителей, жестко связанных между собой. Кто-то из этих людей - такие, как Хаткинс, - собирали сведения. Кто-то такие, как Бертран и Сен Ку Ли, - контролировали их работу и безопасность всей операции. Очевидно, были люди, исполняющие какие-то другие функции. Возможности членов каждой группы были разными. Брайтер, например, трансформировался единожды - в Хаткинса, и для этого ему требовалась генная матрица жертвы. А Бертран и Ли имели способность по заказу принимать любой облик и, похоже, им было не обязательно заниматься кровопусканием человека, в которого они превращались...

Из всего этого вытекал один важный вывод. В организации существовал некий центральный персонаж. Координатор, напрямую связанный с "хозяевами", с одной стороны, и с каждым из исполнителей - с другой. Такой человек не мог не существовать: законы теории управления еще никто не отменял. И справедливы они как для землян, так и для организаций, созданных инопланетянами.