— О горе! — заголосила она изо всех сил. — От этой вечной рубки леса ты лишился рассудка и занялся грабежом! — Женщина судорожно вцепилась в свою истрепанную шаль. — Все пропало, коли лесоруб сбивается с пути истинного!

Но то, что к его имуществу добавилось столько золота, озаряло отношение Али-Бабы к происходящему особым светом, и он мог лишь улыбнуться в ответ на неутихающее беспокойство своей супруги.

— Ничто не могло бы быть дальше от истины, о жена! Давай разгрузим золото, и я расскажу тебе, как я наткнулся на него.

И снова рот жены раскрылся, когда смекалистый Али-Баба подробно рассказал ей про историю с сорока разбойниками, и про камень, отодвигающийся по волшебству, и про пещеру, полную золота. И когда он закончил свой рассказ, жена восславила его находчивость и пуще того возблагодарила Провидение, указавшее ее супругу добытое нечестным путем сокровище, чтобы изъять его у тех недостойных людей и передать тому, кто этого воистину заслуживает.

Но потом жена дровосека заколебалась и снова нахмурила брови.

— О горе! — вскричала она, глядя на двенадцать мешков с золотом, лежащих перед нею. — Ты притащил мне груду золота, но ни на миг не задумался, куда мы его денем! Теперь мне, хрупкой, ослабевшей от нищеты, придется таскать эти тяжеленные мешки и искать, где бы спрятать их от пронырливых соседей, не говоря уже о наших властях, которых тоже может заинтересовать, откуда все это взялось.

Али-Бабе пришлось признать, что переживания жены отчасти не лишены оснований. Но его столь переполняла энергия от неожиданной удачи, что идей у него в голове оказалось тоже полно — вроде той, что прозвучала из его уст:

— Жена, ты часто жаловалась, что пол в кухне неровный и при всяком дожде склонен превращаться в грязное месиво. Что если нам закопать золото в кухне, чтобы ты ощущала более твердую почву под ногами?

Казалось, предложение Али-Бабы успокоило нервы его супруги, но лишь на несколько мгновений.