Они все так много говорят, когда можно обойтись двумя словами?

- Понятно. Когда соберешься домой, позвони мне. Я разогрею ужин.

- Да, - я слышал, как она прерывисто дышит, и подумал, что сейчас она, наверное, кусает губы. - Дорогой?

- Слушаю.

- Должен приехать один человек. Мой двоюродный брат. Мы с ним встретились в городе, и я его пригласила к нам. Неловко отменять.

- Да? - я впервые слышал о каком-то двоюродном брате. И о том, что она пригласила его к нам.

- Я постараюсь поскорее, но он, наверное, приедет раньше. Прими его, хорошо?

- Конечно. Не вопрос.

Я пошевелил щипцами угли в жаровне.

Аргус поднял голову, принюхиваясь к запахам леса и озера. Ему здесь нравилось. Я это чувствовал. Потому что такого покоя, такого бездумного удовольствия давно уже не испытывал. Вот только этот родственник…

Солнце уже снижалось над елями, когда над просекой скользнула его «букашка». Яично-желтого, веселенького цвета.

Родственник оказался невысоким, с бесцветными волосами, совсем на нее непохожим. Особенно в профиль.

- Добрый вечер, - сказал я. - Жена предупредила, что немного задержится.

- Я знаю.

Он легко перепрыгнул через ступеньку и пододвинул второе кресло поближе к жаровне. Аргус повернул в его сторону безглазую голову, потом вновь уронил ее на лапы.

Гость, в свою очередь, скользнул по нему рассеянным взглядом.

- Чаю? - спросил я. - Кофе?

- Не хотел бы мешать, - сказал он, - что вы обычно делаете вечером?

- Ничего. Сижу. Смотрю.

Вообще-то я хотел подновить ограду вокруг дома, но все равно уже темнело.

- У вас тут красиво, - сказал он, - впрочем… зимой, должно быть, холодно?

- Мы и не собираемся жить здесь зимой. Это летний коттедж. Зимой тут наверняка снегу по колено.

- Поблизости есть деревня.

- Да, и там все вполне благоустроено. Но я предпочитаю жить на отшибе.