Митридат фыркнул:

— У всех покоренных народов найдется масса причин, согласно которым они должны были удержаться против Персии. Да вот не удержался из них никто.

— Конечно, ты прав, о великолепныйсарис, — вежливо сказал Полидор, будучи достаточно мудрым, чтобы скрывать свои истинные чувства, какими бы они ни были. — Я просто на мгновение забылся. До послезавтра. — Поклонившись, он поспешно удалился.

— Мое решение было правильным. — Сняв с головы мягкую тиару, Митридат вытер ею пот с собственного лица. — Мне совсем бы не хотелось совершать это путешествие туда и обратно каждый день.

— Как тебе будет угодно, о великолепныйсарис. — Полидор был одет в тонкий и короткий эллинский плащ, а голову его покрывала широкополая соломенная шляпа. Это было более удобной одеждой, чем у Митридата, но и он был покрыт потом. За ними шли слуги евнуха и осел, несущие свою поклажу со стоическим молчанием. Один из слуг вел овцу, которая то и дело порывалась остановиться и пожевать траву с кустами.

Под обувью Митридата что-то треснуло. Он посмотрел вниз и увидел осколок горшка, а рядом с ним — кусок кирпича, наполовину похороненный в траве.

— Когда-то здесь стоял дом, — сказал он. Услышав в собственном голосе удивление, он почувствовал себя глупцом. Впочем, одно дело — знать, что это запустение давным-давно было городом, и совсем другое — самому натыкаться на его останки.

Полидор знал эту местность гораздо лучше. Он указал в сторону:

— Вон там среди оливковых деревьев можно увидеть обломок старой стены.

Если б Митридат увидел этот обломок сам, то принял бы его за свалку камней. Однако сейчас, как следует присмотревшись, он увидел, что эти камни были сложены кем-то вместе с определенной целью.

— Я полагаю, большинство из того, что здесь было раньше, уже разворовано за все эти годы, — сказал Полидор. Митридат кивнул. Любому крестьянину было легче украсть уже готовый кирпич, нежели изготовить его самому. Полидор снова протянул указательный палец, на сей раз показывая на вершину одного из возвышающихся впереди холмов: — А вон там, вокругакрополя- так по-эллински называется крепость — от стены осталось побольше, потому что стащить камень вниз труднее.