— Не знаю… Наверно, половины даже не выдала. Народу у кассы было меньше, чем сегодня собралось.

— Кто получал последним?

Сергутина опять дернула плечами:

— Не знаю… Помню, в окошко кассы заглянул наш комбинатовский охранник и спросил, долго ли буду выдавать деньги. Я ответила, что денег еще много. Охранник повернулся и ушел.

— Кто еще в это время находился у кассы?

— Никого не было. Я сразу закрыла окошко, убрала деньги в сейф, опечатала.

— Где ключ от сейфа хранится?

— У меня дома, вместе с ключом от кассы.

Недолго помолчав, Моисеев снова задал вопрос:

— Муж ваш тоже здесь работает?

— Да, здесь, на комбинате. Только он ночью никуда из дома не отлучался! — испуганно ответила кассир и мгновенно заговорила о другом: — А с работы я уходила вчера вместе с главбухом. В конторе уже ни души не было, только техничка убирала. Мы ей ключ от бухгалтерии отдали…

3

В это время начальник отделения уголовного розыска райотдела старший лейтенант милиции Ницак и инспектор ОУР горуправления лейтенант Шехватов в приемной директора хлебокомбината разговаривали с техничкой Быковой.

— Не волнуйтесь, Мария Ивановна, вспоминайте подробнее, — успокаивал Шехватов перепуганную случившимся пожилую женщину.

— Да чо мне волноваться… — пряча за спину дрожащие руки, техничка смущенно отвела в сторону глаза. — На работу вчера пришла в четыре часа дня. Получила деньги. Стала в первую очередь прибирать те кабинеты, от которых ключи не оставляют. Бухгалтерию прибирала последней. На дверях кассы, как всегда, белая бумажка с печатью была приклеена. Я внимательно ее разглядела — боялась, чтобы не повредить. Когда, значит, приборку закончила, сходила в цех. Булочку там взяла. Пришла сюда, где теперь вот сидим, и стала кушать.