Пониматель поворачивается ко мне.
- Побереги эмоции, - говорит он, не раскрывая рта. - Сына героя можно пожалеть: он умрет в колонии, забытый всеми. Статья, которую ты напишешь, сыграет в этом не последнюю роль. После нее все и закрутится. Его арестуют за хищение соцсобственности.
- И что, он много украл?
- Он - немного. Но его хозяева выкачали из своего треста столько, что каждой музе можно построить по дворцу.
- Зачем Сын героя приходил к Гале?
- Нервы не выдержали, да и напакостить очень хотелось. Живя в одной квартире с Ножкиными, он видел однажды, как Ира утром уходила от Толи. Галя ездила к матери.
- Вот как...
- Толя считал себя виноватым перед Ирой, но виноват он был только перед самим собой. Он любил Иру до последнего дня.
- А она?
- Не знаю. Она и сама не знала.
- Толя никогда бы не бросил больную жену. И дочь, не забывай про дочь! Дочь была для него главным в жизни!
- В том-то и дело! Ира вышла замуж, уехала, и Толя поверил, что, женившись, сумеет забыть ее. А вышло наоборот: Ира скоро вернулась, и он оказался в цугцванге, любой выход заканчивался для него тупиком. Он был силен честностью и оттого - беззащитен. Сын героя знал это лучше всех.
- Сын героя - мерзавец! Его конец справедлив!
- Это страшный конец. На его могиле не будет даже фамилии, только инвентарный номер. Он считал, что живет ради сына. Сын не приедет его хоронить.
- За что боролся, на то и напоролся. Яблочко от яблони...
- Ты ошибаешься. Его сын разыщет очевидцев гибели деда и напишет книгу о нем. Это будет честная книга. Так что ты с чистой совестью можешь похерить свой очерк. Он у тебя не получился. Не беспокойся: ничто не будет забыто, всем воздастся по заслугам.
- Ладно, похерю. И от редактора отобьюсь, он давно его жаждет прочесть.
- Отбиваться не придется. После вчерашнего разговора с тобой редактор написал заявление об уходе на пенсию. Не будь к нему так суров. Он несчастный, давно потерявший себя человек. Его один раз напугали в тридцать седьмом, когда забрали отца, и ему хватило. Он прожил мучительно-бесполезную жизнь. Толя простил бы его...