— А хочешь и я поделюсь одним секретом?! Я всегда мечтал, чтобы меня не терзали словесно, чтобы ты меня просто любила! А не испытывала на прочность. Иногда мне было особенно больно, но я прятал в себе обиды.

— У тебя есть сомнения, что я тебя люблю? — она ждала того, что скажет он. Этот вопрос лишь и созревал, чтобы в нужный момент выскочить, словно тигр, поджидающий свою жертву, из засады.

— Есть.

— Ну, и зря. Я любила тебя всегда, даже когда узнала, что ты мне изменял. А ведь ты мне изменял, я лишь делала вид, что не знаю. Все во имя любви. Кстати, у тебя был замечательный вкус. Одобряю.

Он уставился на нее.

С клена вместе с негодником-ветром умчались вдаль с десяток золотистых листьев. Деревце совсем осталось без осеннего наряда. Солнце еще обдавало теплом и можно было отдыхать в саду, не особо беспокоясь о простуде. Хотя, кто ее знает, эту самую простуду — налетит и не отцепится…

Пожилая чета сидела в шезлонгах и продолжала вести непримиримый бой между собой.

— Я тоже знаю о тебе кое-что. Помнишь Рипли?

Она вперилась взглядом в него. Он предпочел не отмалчиваться:

— Значит, помнишь. Ты тоже считала, что я не замечаю. А я даже видел вас… Но я скрыл сей прискорбный факт, как и ты!

— Господи, как же противно. Мы оба противны!

— Прекрасный денек, дорогая! Не правда ли?!

— О да!

Они отвернулись друг от друга. Она посматривала на бегущие облака, а он вперился в утреннюю росу на траве.

Она помедлила и добавила:

— А ты помнишь какой сегодня день?

— Конечно. День, когда мы познакомились, 16 сентября 1999.

Они замолчали. Скрипнула ссохшаяся входная дверь. А неподалеку, прямо за забором, заблеял барашек. Здравствуй, деревня!