Осколок первый. Чертополох

Я не знаю, что они там обсуждали на Совете. Чихал я на все это с большой колокольни - примерно как с той, что рухнула год назад вместе с половиной еще оставшихся строений Холма. В последние годы Дрожь - ну, которая эта, как ее, земле-трясение, - вообще стала довольно частой. Нарушенное Равновесие, объясняют эти вулх... волх... волхвы, так их перетак, на трезвую голову-то и не выговоришь! Братство Дуба; по-нашему, по-простому - дуболомы. Или "кудасники", потому как еще зовут себя кудесниками и вечно всех куда-то толкают. Вот и сейчас их главный, Ворон, что-то вовсю "обсуждает" с князем. Грохоту там - на поле боя, и то как-то спокойнее. Ворон славится своим упорством, да только против Утеса у него кишка тонка. Потому только Город еще цел, что князь не уступает ни стихиям, ни Демонам. Я отошел от двери и от нечего делать выглянул в окно, хотя пейзаж вокруг Цитадели - живописные руины, порой оживляющиеся мусорной свалкой и покосившимся крестом заброшенного капища - мне уже порядком надоел. Я не в первый раз стоял под покоями Утеса, ожидая, пока Его Светлость соизволит передать очередной приказ (каковой, правда, обычно был более чем логичен; именно эти приказы, пришедшие в нужный момент, вытаскивали Город из дерьма, в которое его старался погрузить окружающий мир)... Что ж, служба есть служба. Сам ведь хотел стать Первым Стражем, не так ли? (По крайней мере, я именно это твержу себе последние два года, с той поры, когда детская мечта осуществилась). Снаружи послышались выкрики и перебранка. Судя по голосам, болтали оруженосцы; судя же по отдельным словечкам, дискуссия зашла достаточно далеко, чтобы юнцы всей душой возжелали получить в руки настоящее оружие, а не деревянные палки - единственный вид вооружения, допускавшийся во Внутреннем Городе. Я высунул голову, чтобы пронаблюдать за стычкой. Так и есть. Этот сопляк, Волчонок, возомнил себя самим Тысячеликим и вызывал на бой Костолома - оруженосца Великанши. Ну, сейчас будет избиение младенцев...