Он тщательно вытер кинжал о жесткую шерсть верблюда и вернул его владельцу. Тед Брэди с лицом, искаженным болью, прерывисто дыша, видел, как кровь начала медленно вытекать из раны, струиться по бедрам, поглощаемая сразу же песком. Хриплый крик проклокотал из его сухого рта. Голова его кружилась. Он смутно видел, как уходят трос мужчин. Он попробовал шевельнуться, освободить руки, чтобы не дать своим внутренностям выпасть из живота, но был слишком слаб и слишком хорошо привязан. Верблюд встрепенулся, стремясь двинуться за другими и, потянув распоротый живот Теда Брэди, вызвал у него мучительный стон.

Вдруг горячая и зловонная жгучая жидкость залила американца. Верблюд мочился на него. Жидкость текла по лицу Теда Брэди, а затем в рану - словно расплавленный свинец. Он снова закричал, разрывая голосовые связки, с глазами, залитыми едкой кислотой. Он слышал постепенно затихающий шум моторов. Хабиб Котто покинул лагерь. Оставив его умирать на медленном огне в раскаленной пустыне. Боль в животе была столь мучительной, что мысль о смерти стала для него лишь смутной абстракцией. Раздался глухой шлепок: верблюд продолжал облегчаться. Его жидкие испражнения обрушились на голову Теда Брэди, растекаясь по лицу желтоватой зловонной массой. Крик американца захлебнулся в безнадежном клокотанье.

Глава 2

Эллиот Винг вздрогнул, услышав резкий звон маленького будильника "Сейко", поставленного на семь часов. Он открыл глаза и закрыл их снова. Так трудно подняться. Ночь опять прошла словно в аду. Электричество было выключено в полночь, как и во всем Хартуме, и пришлось запустить дизельную установку, чтобы продолжал работать кондиционер. Увы, старый мотор производил такой шум, как "боинг" на взлете. Даже с заглушками в ушах невозможно было сомкнуть глаз. Его жена Элен, засыпавшая с трудом, ворочалась с боку на бок до четырех утра...