— За это стоит выпить.

Что они и сделали.

— Есть в Камеруне музыканты? — спросил Нико.

— Конечно. Сэм Фэн Томас, например, исполнитель стиля бикутси.

— Классическую музыку в Камеруне любят?

— Уверена, послушают с удовольствием. Для них это равносильно экзотике.

Только близкие знали о хобби Николаева. Он собрал неплохую коллекцию скрипок, среди которых сам лично на первое место ставил две — работы сербского мастера Божко.

— Горожане продвинуты, — слушал он вполуха Вивьен. — Лишь половина населения неграмотна. Средняя продолжительность жизни — 48 лет.

«Выходит, я в среднем проживу еще пятнадцать лет, — высчитал адвокат. — Если, конечно, застряну в Камеруне надолго».

Он мысленно трижды сплюнул через левое плечо.

— В Дуале и Яунде есть телевидение, Интернет, телефоны, сотовая связь. Но в основном камерунцы — темная масса. Женщины очень любят белых людей…

Нико вдруг показалось, что в голосе «еврофранцуженки» он различил ревнивые нотки. И невольно стал выискивать эти ноты, как придирчивый дирижер.

— В некоторых местах чернокожие красотки натурально пристают к белым мужчинам, обнажая свои негритянские прелести. Обстановка в барах очень раскованная. Белому, однако, следует избегать дешевых забегаловок, где собирается местный плебс. Там на белых смотрят, как на сладкую боксерскую грушу.

Вивьен чуть отклонилась от темы.

— Ты спрашивал о моих связях во французском посольстве Камеруна.

— Это так. Арман сказал, что ты мне поможешь.

— Он так не сказал. «Обратись к Вивьен. У нее тесные узы со вторым секретарем». Вот его слова.

— Узы дружбы или любовные узы?

— Ты повторяешься.

— Ты тоже. Так поможешь мне в этом вопросе?