Зато главной цитаделью и твердыней северного пограничья был Малкут, Малкут Царственный. Если бы комендант Малкута удержал его или хотя бы продержался достаточно долго, армии имперцев не смогли бы соединиться. Шемеш не был бы отрезан и взят в кольцо. И оставался шанс на победу. Но комендант сдал крепость, и армии обеих рук ударили по Шемешу. А предатель был щедро вознагражден. По-императорски.

Теперь до Брана дошло.

— Омри Га-Ход, — пробормотал он. — Министр…

— Теперь он министр. Каждый новый правитель, придя к власти, казнил приверженцев предыдущего. Кроме него.

— Я слышал, его многие пытались убить. Раньше. Теперь бросили это дело. Говорят, что удача всегда за него…

Мавет молчала. Бран вышел из-за ее спины и уселся рядом — со стороны здорового глаза.

— Омри Га-Ход, — сказал он. — Вот, значит, для чего я тебе понадобился.

— Чтобы следить за ним. Это было несколько обидно.

— Следить ты могла бы и сама.

— Только в трущобах. За их пределами, — она бледно усмехнулась, — моя внешность слишком заметна.

— Ты могла бы носить покрывало, как это делают южанки.

— А ты мог бы заметить, что южанки не болтаются часами на улице, особенно в Столице империи.

Теперь молчали оба. Бран прикидывал, рассчитывал. Потом произнес:

— Понадобится много денег. Впрочем, — добавил он после паузы и стукнул себя кулаком по колену, — не найти денег в Столице не сумеет только дурак.

Бран почему-то верил, что Мавет обрадуется, когда высыпал перед ней на пол содержимое мешка.

Он недостаточно ее знал. Она осталась равнодушна. Ни возгласа, ни жеста, даже ресницы не дрогнули над здоровым глазом. Правда, Бран уже понимал, что она отнюдь не стремится намеренно оскорбить его. После братской могилы Наамы в прошлом и перед убийством министра в будущем подобные вещи теряют значение.