— Что ты здесь делаешь? — спросил он. — Какого черта торчишь в этой трущобе? Это место не для тебя, ты еще ребенок. Почему бы тебе не вернуться к себе в пустыню и не чинить мотоциклы?

Айка застали врасплох и сами вопросы, и то, что Престону вообще есть до него дело. Мгновение он колебался. Он не собирался никому говорить, зачем приехал в Хантингтон-Бич. Но сегодня Престон был другой, и Айку показалось, что ему можно довериться, а потом в глубине души он рассчитывал на его помощь. Может, сейчас самое время. Он протянул Престону бумажку с именами и рассказал о приезжавшем к нему парне, о поездке в Мексику, о трех серферах с пирса, которые взяли с собой девушку, а вернулись без нее.

Байкер нахмурился и помрачнел. Айк заметил, что по лицу Престона пробежала тень, как тогда, когда он увидел его первую доску.

— Так ты поэтому ошиваешься на пирсе? — спросил Престон. — Ищешь Борзого Адамса?

Айк кивнул и подумал, почему это Престон упомянул только одно имя.

— Вот дерьмо, — внезапно зло выругался Престон, — и что ты будешь делать, когда их найдешь?

— Я пока не знаю. Пообщаюсь с ними, может, что и выясню.

— Пообщаешься с Хаундом Адамсом?

Айк пожал плечами.

— Парень, ты свихнулся. Послушай, вот тебе мой совет: собирай манатки и вали отсюда. Возвращайся в Сан-Арко и занимайся себе мотоциклами. Если ты этого не сделаешь, то хоть держись подальше от пирса. Хочешь заниматься серфингом, езжай на север, где холмы. На пирсе чужаков не любят.

— А Хаунд Адамс?

Престон вернул ему бумажку.

— Я уже сказал, если у тебя в башке есть хоть капля мозгов, рви отсюда когти.

— Она моя сестра, — ответил Айк, — у нее больше никого нет, кроме меня.

— А как же твой дядя?

— Ему наплевать, поэтому я и поехал. Он говорит, что она шальная и если с ней что случилось, то это ее вина.