А скотина Гоэмон и ухом не повел. Перепрыгнув через Кисако, он ринулся в комнату.

Кисако не шевелилась - так и застыла со склоненной головой. Что с ней? Поклон очень уж затянулся. Я коснулся ее плеча и почувствовал, как она дрожит.

- С-с-с... со-о-о... - забормотала Кисако.

- Что?.. Что с тобой? - заорал я, приходя в ужас.

- Со-соли... скорее...

Я бросился в кухню и принес щепотку соли. Она положила ее в рот, пососала, скривилась в гримасе и наконец подняла голову. Из глаз текли слезы, но Кисако уже хохотала как сумасшедшая.

- Тьфу, как горько!.. А это кто? Твой дядя из деревни?

- Да нет, - сказал я, теряя последние силы, - нет... Он... это... понимаешь, сон...

- Сон?

- Ага. Перебрал дешевого виски, вот мне и снится это чудовище... Мне стыдно, что я показываю тебе такой гнусный сон...

- Что ты говоришь? Очнись! - она испуганно взглянула на меня. - Ты пьяный, да?

- Нет, совсем не пьяный... - я говорил медленно, пережевывая каждое слово. - Но, понимаешь, все это сон. Я сплю, и мне снится... Оборотень в обличье "человека-рекламы" - сон... И ты - сон... И сам я - тоже сон...

Кисако капризно надула губы.

- Как тебе не стыдно! Вовсе я не сон и не снюсь тебе! Я же не сплю...

- Что ты там сюсюкаешь - шу-шу-шу? - раздался голос Гоэмона. Он стоял на пороге. Невежа, войдя в дом, не снял ни шляпы, ни обуви. - Что это у тебя? - Он ткнул пальцем в Кисако. - Зверушку держишь? Для забавы? Ну, иди сюда, ишь ты, какое милое, ласковое животное!..

Брови Кисако стремительно взлетели вверх.

- Нет, нет, это... она... - Я захлебнулся словами. - Разрешите представить, моя... э-э-э... невеста Кисако.

- А-а, киска... Это которые мышей ловят, - он понимающе кивнул.

- Да вы что?! Не кошка, а женщина! Кисако ее имя. Мы собираемся пожениться.

- А-а-а, твоя самка, значит!