Вахтер, офицер в отставке, которому давно перевалило за пенсионный возраст, при появлении Ласковива сказал:

- Долго жить будешь!

-Что? - удивился Андрей. - Вспоминали?

- Не то чтобы вспоминал... Слыхал, ты умер, а? А тут, как говорится, верная примета: долго жить будешь, парень. На, твои.

Он протянул Андрею коробку стандартных патронов браунинга, 7,65 мм, для автоматических пистолетов.

- Полтинник, как обычно?

- Да, - подтвердил Андрей и протянул деньги.

- Еще червонец, - сказал старик, пересчитав их.

- Ошибся? - удивился Ласковин.

- Инфляция.

Андрей добавил еще десять тысяч:

- Спасибо.

- О чем речь, сынок. Иди, работай.

Как ни любопытно старику узнать, отчего вдруг Андрей Ласковин умер - и жив, но не спросил. Не приучен спрашивать. Вернее, приучен не спрашивать. И болтать о том, что видел "покойника", не будет. Что немаловажно.

Среди тех, кто приходил сюда поупражняться в стрельбе, у Андрея был только один знакомый, и Ласковин знал: человек этот приходит сюда регулярно, три раза в неделю, практически в одно и то же время. Представлен Андрею он был под именем Вадим.

Андрею повезло. Тот, кого он искал, был здесь. Но торопиться не следовало.

Ласковин занял свободную позицию, надел наушники и нажал кнопку, поднимающую поясную мишень. А потом еще одну, приводящую мишень во вращательное движение с интервалом сорок оборотов в минуту.

Зарядив и вставив обойму, Андрей начал огонь сериями из двух выстрелов: пара на оборот, как учил Сарычев. Закончил, опустошив магазин, одиночным (пятнадцать на два не делится), полюбовался на результат: хило!

- Здорово! - раздалось за спиной.

Внешне Вадим напоминал производственного начальника среднего уровня. Простой мужик, не алкаш, но и не трезвенник, не дурак, но и не выдающегося ума. Маловыразительное лицо, тихий хрипловатый голос заядлого курильщика. И одет соответственно: скромно, серо. Может, когда-то Вадим и работал на заводе. Но очень давно.