Ростом он слегка уступал гандеру, но был невероятно силен, и его превосходно развитые мускулы перекатывались под гладкой кожей при каждом движении. Светловолосый напоминал быстрого жилистого волка, он же, скорее, походил на могучего льва. Пронзительные синие глаза внимательно обшаривали склон холма, вздымавшегося за их спинами.

— Что-то не очень везет нам сегодня, — проворчал светловолосый, взъерошил пятерней короткие волосы и вновь осторожно выглянул из-за валуна: — Шестеро. Скажи, Конан, у вас в Киммерии двое пеших без доспехов могут справиться с шестью тяжеловооруженными всадниками, да к тому же с луками?

— У нас не сражаются верхом, — мрачно ответил киммериец, — а лук считают оружием трусов.

— Ты не хочешь рассказать об этом тем шестерым? — усмехнулся гандер. — Откажись они от луков, мы бы забрали парочку с собой на Серые Равнины.

Конан ничего не ответил. Бросив быстрый взгляд из-за валуна, он убедился, что до схватки дело дойдет еще не скоро: по всей видимости, гирканцы предпочитали ждать, пока жара и отсутствие воды не вымотают беглецов. Он вновь начал обшаривать глазами крутой склон холма.

— Бенто, смотри! — неожиданно воскликнул киммериец, указывая рукой на склон холма, где виднелось небольшое отверстие. Это была неглубокая ниша, которую вымыли в склоне потоки дождевой воды. Но там вполне можно было укрыться от стрел, а вот гирканцам пришлось бы спешиться. Тогда появлялась надежда на победу, хотя и призрачная.

Гандер бросил быстрый взгляд на склон, и лицо его просветлело. Прищурившись, он прикинул расстояние между ними и всадниками и быстро кивнул. Ему не надо было ничего спрашивать, чтобы понять мысли своего спутника. Сумей они добраться до пещеры, у них появится возможность справиться с преследователями: лошади не смогут одолеть крутой склон, а луки станут бесполезными, да и сами гирканцы, как и все степняки, привыкшие к необозримым бескрайним равнинам, не любили и не умели взбираться на склоны.