Пятьдесят ярдов…

Мне уже не успеть воспользоваться Картой, даже если я и сумею связаться с кем-нибудь.

Тридцать ярдов…

Глубоко вздохнув, я вскинул посох и повернулся к единорогам лицом. Убежать от них нечего было и надеяться. Может, попробовать поступить с ними как с табуном обычных лошадей?

Я испустил боевой клич, которого они все равно не могли слышать из-за поднятого ими грохота, завертел посохом и затопал ногами. Если мне удастся напугать скачущих впереди настолько, чтобы они шарахнулись в сторону…

Десять ярдов… пять…

Затея не сработала. Теперь я это видел. Ноздри единорогов бешено раздувались, глаза неистово вращались. Они мчались, не думая ни о чем; казалось, ими овладело безумие.

Я собрался с духом. Сердце бешено колотилось в груди, но я уперся покрепче и решил не отступать.

Три ярда… один..

В последний миг единороги, скакавшие впереди, свернули в стороны, один налево от меня, второй направо, а прочие последовали за ними. Словно река, огибающая остров, они разделились ровно настолько, чтобы не затоптать меня.

Грохот их скачки оглушил меня. Жар их тел окатывал меня, словно горячий ветер. Пыль, поднятая копытами, забила глаза и рот. Клочья пены усеяли мне лицо и руки.

Я кашлял, задыхался, наполовину ослеп, но держался, как мог. Они проскачут мимо меня. Я выживу, если только смогу устоять…

А потом они исчезли. Внезапно наступившая тишина и неподвижность ошеломляли.

Но прежде чем я успел расслабиться, земля у меня под ногами забурлила и вспенилась. Ну что еще такое? Я зашатался, теряя равновесие. Мгновение спустя из земли проклюнулись тонкие стебельки травы и принялись стремительно расти, и остановились, лишь вымахав мне по пояс. Я вцепился в посох, отчаянно пытаясь удержаться на ногах.