– А где ваши лопаты, веревки и рюкзаки? – снова спросил старлей. – Где, в конце концов, останки?

– Съело, – предположил Славик.

– И лопаты?!

Мышкин снова пожал плечами.

В этот момент глазастый милиционер разглядел торчащий из холмика клочок какой-то тряпки и, ухватившись за него, потянул на себя. Тряпка вылезла сантиметров на двадцать – ею оказались Гогины брюки – и вдруг резко пошла под землю. Растерявшись, Кошкин выпустил ее из рук.

– Бежим! – крикнул Славик и приготовился ко второму рекордному забегу.

– Нет, стой! Кошкин еще ни от кого не бегал! – старший лейтенант достал из кобуры пистолет и обошел по кругу таинственный холм. – А ну, выходи! – скомандовал он шутнику из могилы. Но тот проигнорировал его приказание. – Хорошо… Мы разберемся… Я это дело так просто не оставлю…

Савелий вытер пот со лба и кивком головы дал знак Славику Мышкину к отступлению. Пятясь, милиционер и подследственный покинули проклятое место.

Глава четвертая

Обедал Кошкин в соседнем с отделением милиции кафе «Эдем». Не успел Савелий усесться за столик, как к нему присоединился Гиви Гаидзе.

– Приятного аппетита! – пожелал Гиви. – Надеюсь, и сегодня мы не отравимся!

– Ел бы дома, свободный ведь, – буркнул Кошкин, не переставая думать свою затаенную думу.

– Откуда у холостяка еда в доме? – удивился Гиви. И поинтересовался: – Ну как, закончил дело о въезде лихача в витрину?

Савелий отрицательно помотал головой. Потом вдруг спросил:

– Гиви, с каким оружием на вурдалаков лучше охотиться: с холодным или с огнестрельным?

– Что? – вскинул изумленно густые черные брови Гаидзе. – Ты это серьезно спрашиваешь? Пошутил тот парень, ответственности испугался!

– Уходишь от ответа, – хмуро проронил Кошкин.

– А я его знаю? – обиделся Гиви. – Я на них охотился? Сказки все это!

– Но ты их читал? Что там пишут о вурдалаках?