- Да, там есть кондиционер. И какая бы погода ни была снаружи, внутри всегда шестидесятые. И дела у нас идут очень даже неплохо.

- Вот и ладно, - согласился он.

Через несколько минут он понял, что Донна заснула. Но сам он засыпал гораздо дольше. Том давно не делил постель с женщиной, и теперь очень четко ощущал, как пружинит матрас под весом ее тела, слышал тихий шепот ее дыхания, улавливал ее запах. Довериться человеку настолько, чтобы спать с ним рядом, подумал он, в некотором смысле означает гораздо больше веры в него, чем просто переспать. Внезапно он возжелал ее сильнее, чем раньше.

Том неподвижно лежал в темноте. Он никогда не встречал женщин, желающих любви сразу после пробуждения. К тому же, подумал Том, она будет здесь и завтра.

Будет, но не наверняка... Завтра на улице начало семидесятых. Паршивая погода для них с Донной.

Он так и уснул, не избавившись от тревоги. Около двух часов ночи кондиционер внезапно включился, разбудив Тома. Донна даже не шелохнулась. Том протянул руку и мягко опустил ладонь на изгиб ее бедра. Она что-то пробормотала и перевернулась на живот. Он отдернул руку. Донна не проснулась. Том долго лежал, пока не заснул снова.

* * *

Грохот будильника вполне можно было заменить взрывом бомбы возле уха. Тому требовался громкий будильник - всплеск адреналина в крови не давал ему заснуть до первой утренней чашки кофе. Донну же могло разбудить только одно - сбросить ее с постели на пол. Он успел забыть, насколько она убежденная соня.

Но все же она успела приготовить яичницу, намазать тосты маслом и разлить кофе раньше, чем он завязал галстук.

- Теперь я знаю, почему попросил тебя остаться, - признался он. - Сам я на завтрак пробавлялся кукурузными хлопьями.