Он открыл одну из французских дверей и вышел на каменный балкон, где уже собралась большая группа. Сильный ветер доносил запах табака. Джайлс сразу же оценил своих товарищей. Большинство из них были курильщиками и выходили па воздух, потому что уважали интересы остальных.

Дрожа, Джайлс поднял воротник пиджака и засунул руки глубоко в карманы брюк. В комнате у него была очень хорошая пара кожаных перчаток, которые он сейчас был бы не против надеть. Джайлс наблюдал за паром изо рта (как будто он тоже закурил сигарету) и рассматривал городской пейзаж, огни и движение далеко внизу. Шестая авеню была ярко освещена, каждая ее частица пылала возбуждением и неистовством большого скопления людей. Вот с чем ассоциировался у Него Нью-Йорк.

- Захватывает дух, не так ли?

Голос был мягкий, тон вкрадчивый, без единой резкой ноты, присущей городским жителям. Джайлс обернулся, не будучи уверенным, что женщина говорит именно с ним. На мгновение у него перехватило дыхание.

Она была божественна. Высокая гибкая женщина с невообразимо изящными чертами. Ее лицо пылало. Может быть, причиной был неоновый свет, но Джайлс решил, что это неземное сияние. В любом случае сияние делало ее взгляд почти ангельским. Прядь ее медово-белокурых волос упала мягкой волной на лицо, в то время как остальные волосы были собраны в длинный сложный жгут, спадавший на плечи. Волосы незнакомки были не по моде длинные, но Джайлсу они казались прекрасными.

На ней было ярко-красное бархатное платье с узкими рукавами, подчеркивающее золотой цвет волос. Это было не самое смелое платье, которое он когда-либо видел, но не на многих женщинах оно сидело бы так хорошо. Она носила его мастерски.

Куратор понял, что пристально разглядывает ее.

- Я… извините. - Он запнулся. - Вы что-то сказали?

Женщина улыбнулась, и Джайлс почувствовал, что в ответ его губы скривились в глупой усмешке.