все-таки по-прежнему каменные стены, и ночевать, конечно, следует

внутри. Возможно, другой на моем месте испугался бы оставаться на ночь в

таком месте, где пролилась кровь, а вокруг на многие мили — ни единой

живой души, однако я не верю в суеверную чепуху. Будь в россказнях о

привидениях хоть капля правды — после всех войн и убийств прошлого от

призраков было бы уже просто не продохнуть.

Однако я долго рассматривал замок из-за деревьев, не решаясь

выехать на открытое место, ибо в развалинах могла таиться и вполне

реальная опасность. Преимущество каменных стен и сводов над лесной

землянкой очевидно не только мне, а лихих людей за последние годы

развелось немало. Сейчас хватает и господ дворян, выходящих на большую

дорогу — что уж говорить о простых мужиках, вроде обитателей утренней

деревни. И пусть, по большому счету, они не виноваты в том, что лишились

крова и имущества, но путнику, на котором они захотят выместить свои

несчастья, от этого не легче. Правда, тех, кто вздумает на меня напасть,

ждет крайне неприятный сюрприз. Но все равно, лишние проблемы мне ни к

чему.

Однако ничего подозрительного мои наблюдения не показали. Похоже,

что замок был мертв окончательно — не как труп, в котором еще копошатся

черви и жуки, а как начисто обглоданный скелет. Оно и логично, ибо

чего-чего, а большой дороги в этих краях не наблюдается. Может быть, я -

первый человек, появившийся на этом берегу с тех пор, как его покинули

солдаты победителя. Более не таясь, я выехал на открытое место и,

перебравшись через полузасыпанный ров, въехал во внутренний двор, уже

поросший травой. Конюшни и прочие службы были, конечно же, сожжены, так

что я просто стреножил своего жеребца и оставил его пастись, а сам