- Горят - все пять.

- Хорошо, Хэмлиш. Пэм, как ты там - пристегнулась?

- Угу, Вилф, спиной к переборке.

- Как пассажиры?

- В безопасности, насколько это возможно.

- Тогда пожелай мне удачи.

- От всей души желаю, миленький.

- Три тысячи иралов...

Миг спустя они вошли в снегопад над покрытым белыми барашками морем.

Брим глянул на свинцовые гребни внизу, и гиперэкраны тут же затянулись льдом. Он включил подогрев - и без изморози ясно, как холодно там, внизу.

Прозвучал предупреждающий гудок, и Хэмлиш доложил:

- Тысяча иралов.

- Спасибо. Воздушная скорость? - Брим неуклюже разворачивал корабль против ветра, наискосок движению волн. Они казались ему больше боевых кораблей.

- Воздушная скорость - один шестьдесят три, - с визгливыми нотками в голосе ответил Хэмлиш.

Брим мысленно усмехнулся. Не одного его пугает вид, открывшийся за передними гиперэкранами. Всего несколько сотен иралов отделяло их теперь от бушующих валов.

- Готовьтесь, - предупредил он. - Идем, на посадку.

- Набирайте высоту. Набирайте высоту, - заверещала тревожная сигнализация.

Брим выключил ее, ухарски накренил левое крыло и слегка опустил нос. Скорость - это подъем, а ему скоро понадобится весь запас высоты. Надо как-то ухитриться посадить корабль на идущую вверх поверхность волны, двигаясь при этом в противоположном направлении. Полосы кружевной пены помечали волны, идущие параллельно его курсу. Порыв ветра снова сбил "Джеймстаун" на правый борт, и корабль стал сползать вбок. Брим, стиснув зубы, опустил левый радиатор чуть ниже. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем корабль снова выровнялся - но теперь не больше тридцати иралов отделяло его днище от воды. Брим осторожно приподнял нос, замедлив полет. Теперь главное - рассчитать время; один промах, и они все погибли.

Старый звездолет трясся - крылья притормаживали его, - но Брим удерживал его в воздухе на режиме "полный вперед". Прежде чем следующий гребень прошел под брюхом, Брим резко задрал нос, и волна плеснула в корму, залив гиперэкраны пеной.