— Vade retro,

Чудовища переглянулись и с мрачным видом удалились. Их примеру последовали и духи, растворившись прямо в воздухе. Лишь один из них остался на месте, благодарно-заискивающе глядя на Хота.

— Когда ты уже сможешь сам постоять за себя, Ксиурн? — вздохнул темноглазый. — Я только что нажил себе неприятности с Йог-Сототом, а это сволочь ещё та. Моего цикла призыва, а уже в инкарнатор пробился. Мне до воплощения ещё служить и служить…

— Нас в части много, — попытался подбодрить приятеля Ксиурн. — И призывают нас по-разному… Вон в части «Тет-Ламед-Коф» всего два демона… и девять духов при них.

— И что? — огрызнулся Хот, упорно не желавший подбадриваться. — Тамошнего главного вообще ни разу не призывали; конечно, он же у нас «за Краем Мира»! И при этом он в части единственный воплотился, а остальные только на него и пашут!.. И всё равно у них легче. Нормальный мужик их создавал — этот, как его… Тл… Тлк… А у нас в «Ламед-Вав-Коф» пока цикл отработаешь, семь потов сойдёт. Целая орава уже служит, и это ещё не все комиссию прошли. Ох, встретил бы я его…

— Кого? — недоумённо переспросил призрак.

— Да эту заразу, — рыкнул Хот, — которая нас всех выродила. Лвк… Лв… Да ну его в Р» льех, не выговоришь.

— Что поделаешь, — грустно сказал Ксиурн. — Так заведено. Вон ты уже и не дух, здесь уже воплотился, ещё цикл — и на земле воплощение получишь. А я вот…

— Что, — усмехнулся Хот, — в призыв ещё не ходил?

— Какой там, — поёжился призрак, — я и от комиссии-то едва отошёл. До сих пор кабинет Абхота не могу забыть…

Призывник так дёрнулся, что едва не рассеялся в воздухе. Воспоминание было ещё слишком свежо.

Ксиурн робко материализовался по ту сторону двери, обитой чёрной, неизвестно чьей кожей. Его нерешительный взгляд пробежал по голым стенам и лишь потом наткнулся на огромную лужу серой, пульсирующей жижи на полу. Этой лужей и был Абхот.