- Дождь-то какой хороший, - сказала тетя Варя. - К грибам дело...
- Уж и хороший... - провокационно усомнился Ганя. - Это он сейчас к грибам, а пять минут назад какой потоп лил!
Тетя Варя удивленно на него посмотрела, спросила сварливо:
- И где же это ты потоп видел?
- За окном, - сказал Ганя, - где ж еще...
- Над отцом смейся, - обиделась тетя Варя. - Он тебе посмеется ремнем по заду. Тогда про потоп и ври...
Я решил вывесить белый флаг примирения.
- Поздно его ремнем-то. Не исправишь уже... - Я вздохнул лицемерно: Теперь ему одна дорожка - в науку.
Ганя хихикнул и пошел под дождь. Я вышел следом и сказал наставительно:
- Старших надо уважать. Ты понял, физик?
- Нет, - отмахнулся Ганя. - Я другое понял: мы с вами стали жертвами наведенной галлюцинации. Смотрите.
Я посмотрел. И увидел два окна моей квартиры, облупленный заборчик лоджии, за стеклом на подоконнике стопу старых рукописей.
- Или стенки не было, - подытожил Ганя, - или она рассосалась. Третьего не дано.
Безапелляционность Гани меня почему-то расстроила: мне хотелось "третьего", которого "не дано". Странное все-таки существо человек: все устроилось, все само собой разрешилось, никаких тайн, никакой фантастики живи спокойно. Ан нет, обидно: как так "никаких тайн"? Только что была, сам щупал, а теперь исчезла? Не выйдет, граждане, подайте мне сюда мою тайну, а я уж в ней разберусь.
Я перелез через невысокий штакетник и подошел прямо по газону к своему балкону. Может быть, я хотел влезть на балкон, может, еще что-нибудь - не знаю, не спрашивайте. Только протянул руку, пытаясь ухватиться за барьер, и... наткнулся на стену. То есть это я потом понял, что на стену, а тогда лишь почувствовал, что мне что-то мешает. Как будто перед моими окнами вровень с торцом дома выросла не видимая глазом преграда.