Курц задумался:

— Как его зовут?

— Джон Веллингтон Фрирс.

— И в чем заключается его проблема?

— Я не знаю точно, Джозеф. Это его личное дело.

— Ладно, — сказал Курц, представив себе, как он дает консультацию еще одному пропойце. — Где я найду этого Джона Веллингтона Фрирса?

— Может быть, ему стоило бы прийти сегодня к вам в офис? Пожалуй, будет лучше, если мой друг сам явится к вам.

Курц подумал об Арлене и о том, что произошло, когда к ним в офис в прошлый раз явились посетители.

— Нет, — ответил он. — Сегодня вечером до самой полуночи я буду в баре «Блюз Франклин». Скажите ему, что мы встретимся там. Как я смогу его узнать?

— Он любит носить жилеты, — ответил Пруно. — А теперь об этом дельце с Анжелиной Фарино. Что вас интересует?

— Все, — сказал Курц.

Дональд Рафферти работал на главном почтамте на Уильям-стрит и предпочитал ходить на ленч в небольшой бар около Бродвей-маркет. Как супервайзер, Рафферти имел право на девяностоминутный перерыв. Впрочем, иногда ему приходилось обходиться без еды.

В этот день он вышел из бара и увидел, что к его «Хонде-Аккорд» 1998 года выпуска прислонился какой-то мужчина. Мужчина был белым — это первое, что заметил Рафферти, — и был одет в полупальто и шерстяную кепку. Лицо казалось смутно знакомым, но Рафферти никак не мог точно вспомнить, где и когда его видел. Он вынужден был признаться самому себе, что его ленч несколько подзатянулся, и не без волнения принялся искать в кармане ключи от автомобиля. Он остановился футах в двадцати от мужчины и подумал, не стоит ли ему вернуться в бар и там дождаться, пока незнакомец не уйдет.

— Эй, Донни, — вдруг проронил незнакомец. Рафферти всегда терпеть не мог своего уменьшительного имени и ненавидел такое обращение.

— Курц, — произнес Рафферти после долгой паузы. — Курц.

Курц кивнул.

— Я думал, что ты в тюрьме, говнюк, — пробурчал Рафферти.