Метро встретило влажным теплом. Мраморный пол был затоптан толпами пассажиров, ворвавшихся сюда со слякотных улиц. У сидевшей в стеклянной, похожей на стакан будке дежурной в красном берете было сонное, осунувшееся лицо, а топтавшийся возле будки здоровенный сержант милиции откровенно зевал, деликатно прикрывая рот огромным мосластым кулаком с ободранными костяшками. Это был островок света, тепла и благополучия в темном дождливом городе, и скрипачка окончательно успокоилась. Порывшись в сумочке, она отыскала завалившийся за подкладку жетон, зачем-то прикрываясь плечом от сержанта, словно тот мог с расстояния в десять метров углядеть болтавшийся в сумочке вместе со всякой женской мелочью газовый баллончик — полной уверенности в том, что она имеет право носить при себе это, с позволения сказать, оружие, у нее не было. Она вечно путалась в том, что законно, а что нет, утешаясь лишь тем, что игра на скрипке, по крайней мере, наверняка не считалась в России уголовно наказуемым деянием.

С привычной опаской миновав турникет, она торопливо сбежала по ступенькам эскалатора. На перроне маялось человек двадцать таких же, как она, ночных путешественников, а это значило, что поезда еще не было.

Она вздохнула с облегчением: раз так, она доберется до дома без приключений и совершенно излишних в ее положении материальных расходов.

Поезд подошел минут через пять. Он был полупустой и тоже какой-то усталый, словно торопился поскорее закончить смену и отправиться в депо, чтобы там, на запасных путях, вполглаза покемарить до рассвета, которого он не увидит. Ей вдруг стало интересно: как долго служат поезда метро и часто ли им удается увидеть небо. В сущности, подумалось ей, у них очень незавидная доля: всю жизнь с грохотом и воем носиться по темным туннелям, никогда не видя никакого света, кроме электрического. Наверное, подумала она, поезда метро страшно завидуют тем счастливчикам, которым доводится пересекать реку по Метромосту или проезжать через Измайловский парк. Сидя на обтянутой рыжим дерматином скамейке и разглядывая в стекле напротив отражение, она представила себе, каково это быть поездом метро, и решила, что быть скрипачкой в казино все-таки лучше. Это, конечно, тоже не самая яркая из возможных судеб, но все-таки…