Остальное ушло на новую одежду (из-за раненого Хаса все мои старые запасы ушли в утиль), сапоги (по которым дрянная скотина кахгар успел пройтись своими кривыми тяпками), а также на новый шлем, плащ, куртку. И, конечно же, новый подшлемник, за которым я намеревалась прятать свое приметное лицо.

Над этим вопросом, между прочим, мне пришлось серьезно подумать, потому что закрытая физиономия доставляла неожиданно много проблем. И шлем с нее не снять, и поесть нормально нельзя, чтобы не засветиться, и воды глотнуть — целая проблема… короче, надо было что-то делать. Не сбегать же мне из трактира каждый раз в свою комнату, когда наступит время обеда? И не кушать же в шлеме, протискивая туда ложку? А воду как пить? А людям, наконец, что говорить? Что я морду боюсь показать? Что больна на всю голову? Не-ет уж. Хватит с меня подобных сложностей. Надо сделать так, чтобы и лицо оставалось неузнанным, и чтобы не вязался никто с глупыми вопросами. Соответственно, вид мой должен быть суровым, слегка непривычным, но не шокирующим. То есть, таким, чтобы люди к нему быстро привыкли.

Как ни странно, ответ мне подсказала собственная память, когда мы как-то разговорились с Тенями на тему воинов в моем далеком (надеюсь, не навсегда) мире. По этому поводу я вспомнила и армию, и полицию, и французский Легион. А потом отчего-то увлеклась рассказом о спецназе и вот тут-то, как говорится, меня неожиданно осенило. Потому что приемлемый выход, как оказалось, все это время был перед самым моим носом, а я столько времени мучилась, не зная, как совместить нужное с полезным.

В итоге мы с Лином заглянули в первую попавшуюся на пути деревеньку, озадачили этим вопросом симпатичную дочку старосты, честно заплатили ей за работу и все три дня, пока она корпела над спицами, исполняя мой необычный заказ, планомерно охотились в окрестных лесах, в которых вздумала обосноваться небольшая стая тикс.