Кислей ходячей оскомины хозяйка встала у печи с ухватом наперевес. Была она тощей, в пару супругу, но ростом превосходила муженька на голову. Волчий оскал не красил хозяйку. Хотя и чувствовалось: скалить клыки ей не в новинку.

- Чтоб вам дня не дождаться! Садитесь, ироды! Ешьте мое, пейте, не впрок бы…

- Я пойду? - спросил Нихон.

- Пойдешь? - возмутился гостеприимец. - Я тебе пойду, детинушка! Поленом огрею, мало не покажется! Ты давай садись, жуй-глотай, зли эту клюкву…

Маг-великан топтался на пороге, медля идти за стол.

- Ты меня что, назло ей пригласил?

- А то! Иначе на кой ты мне надобен? Мы ее, стервь, достанем! Мы ей трухи в печенку натолкаем… Ты во сне храпишь? Не ври, храпишь, ишь каков вымахал! Ляжешь на полу, у печи. Она на печке спит, ты ей в оба уха храпи, бродяга! А я буду слушать да радоваться…

- Извини, хозяин. Не стану я у тебя ужинать.

- Сытый? Тогда выпьем! Чтоб она желчью изошла…

- И пить не стану.

- И спать?

- И спать. У вас корчма в поселке есть?

- Трактир у нас. Здоровущий!

- Вот в трактир и пойду.

- Обожди! Я с тобой! А ты, клюква, ежа тебе под подол - ты жди! Вернусь пьян-буян, драться полезу!

Судя по виду хозяйки, она только об этом и мечтала.

Вечерело. С ленцой брехали собаки. Кое-где мычали коровы, ожидая дойки. Двое людей шли по поселку: большой и маленький, бродяга и местный. Свернув за угол, встретили парней-драчунов. Воевали парни тупо и бестолково. Один размахивался, кряхтел, долго думал - и бил второго куда придется. Тот размазывал кровь по лицу, икал, если удар приходился поддых, и размахивался в свой черед.

За парнями наблюдала детвора.

- Из-за чего они? - Нихон указал на драчунов. Свежачок пожал плечами.

- Эти? Отдыхают. Скоро за колья возьмутся.

- Без причины?

- Ну ты, брат, дербалызнутый! Кто ж с причиной морду бить лезет? С причиной хорошо дом подпалить! Или дохлого кобеля в колодец.