- Ты чего здесь? - спросил Антонов. Взгляд у рядового Шалагина сделался виноватым: - Я убежал, - признался он. И огорченно добавил: - Да ну их всех, дураки какие-то!.. Я ведь ему говорю, что не могу, а он свое: Как это можно быть таким тупым?.. Ну, если не могу я, разве я виноват? Нет - он свое талдычит: Анотонов уже не слушал его, усиленно соображая, что же делать с мальчишкой. Пропадет ведь: А, была не была: - Рядовой Шалагин! Слушай мою команду! Шалагин замолчал и подобрался. - Тебе поручается выполнение ответственного задания. Операция называется "Прорыв к морю". - А что я должен делать? Этот вопрос не застал Антонова врасплох. - Сесть на место стрелка, надеть шлем и ждать дальнейших распоряжений. - Вот здорово, - сказал Шалагин. Он быстро перебрался вперед, натянул шлем и застегнул ремешок. Антонов оглядел его и остался доволен. Он тоже натянул шлем с наушниками, включил бортовой компьютер, открыл смотровые щели и запустил дизель. Верхнего люка задраивать не стал, чтобы хоть немного обдувало ветерком. А ветерок будет, обязательно будет, это я тебе обещаю!.. Машина заурчала, мягко двинулась с места. Движущие силы истории, говоришь?.. Я вам сейчас покажу движущие силы!.. Они осторожно переползли через пути, кроша бетонное покрытие, вскарабкались на перрон. Из окна комнаты начальника станции выглянуло бледное лицо с рыжеватыми бровками. С каким удовольствием всадил бы я сейчас пулеметную очередь в этого жирного борова! Антонов передернул рычаги, танк развернулся и двинулся в сторону шоссе. На шоссе стоял грузовик. Пустой. Это хорошо, что пустой, подумал Антонов и прибавил скорость. Его опять охватило беспричинное веселье. Шалагин что-то испуганно крикнул и обхватил голову руками. Они выпрыгнули на шоссе, ствол пробил дощатый кузов насквозь, заостренный корпус протаранил грузовик, гусеницы легко, как игрушку, подмяли его под себя, протащили грохочущие, разваливающиеся обломки по бетонному покрытию. Шалагин тут же подскочил, высунулся из башни и вдруг заорал восторженно: - Мы сделали его, товарищ капитан! Мы сделали его! - Ну, вот, а ты боялся, - улыбнулся Антонов.