По сигналу Максим разрядил шокер в шею "грязи". "Грязь" забилась в конвульсиях, приоткрыла рот и упала на бок. Женщина залилась плачем.

Максим подхватил детское тело и немного неуверенно, как всегда, когда шёл первым, направился к выходу. Костя проверил показания биобраслета. Другой "грязи" в доме не было. Удовлетворённый, высокий оперативник пошёл за напарником.

– Ребята! – крикнул им вслед хозяин дома. – Может, договоримся как-то? Ну что вам этот ребенок? Она не ест почти ничего, всё время в комнате сидит. Ну, оставьте её, я вас поблагодарю. Сколько вы хотите?

– Нельзя, – не оборачиваясь, бросил Костя. – Правила. Простейшие должны уничтожаться, иначе заполонят всё вокруг.

– Но это же глупость! – негодовал сзади мужчина. – Это же смешно!

Он даже начал принужденно смеяться, словно стараясь показать, насколько это забавно. Смех получился жалким и резал Косте уши.

– Прекратить истерику! – гаркнул оперативник. – Мы можем привлечь вас по статье "укрывание простейших"! Ещё хоть одно слово – и пойдёте под суд!

Эта реплика заставила хозяина дома замолкнуть. Какое-то время Костя и Максим шли в тишине.

– Куда? – спросил Максим, когда они миновали машину.

– Дальше, к лесу, – неопределенно махнул рукой Костя. – Иди за мной, я покажу!

Оперативники пересекли асфальтированную дорогу и вышли в поле. Вязкая от влаги земля противно чавкала под ногами. Максим пронёс "грязь" ещё шагов двадцать, затем по сигналу Кости бросил её на пожухлую траву и поинтересовался:

– Ну что? Здесь?

Костя кивнул, и оперативник отошёл от тела на пару метров. Костя направил раструб огнемёта на вяло пытающуюся подняться "грязь". Она уже приходила в себя, реакция на шокер почти прошла. Пора было действовать.

И Костя поднёс зажигалку к огнемёту и нажал на чёрную кнопку. Сработал пьезоэлемент, вялый лепесток пламени встретился с потоком газа и разросся, превращаясь в огненную струю. В сгустившейся темноте огонь отбрасывал хищные тени на траву и кусты.