Каукалов продолжал внимательно смотреть на своего гостя, ему было интересно, что Илюшка скажет. Впрочем, не столь интересно, сколько важно.

- Сам-то ты где тугрики заколачиваешь?

- В конторе "Куплю - продам".

- Так фирма называется?

- Нет, фирма называется по-другому, но суть её от этого не меняется.

- Сколько имеешь в месяц?

- Я имею и рубли, и "зеленые"...

- Рубли - это тьфу, навоз.

- Если в баксах, то примерно восемьсот.

- В месяц? Или в день?

Глаза у Илюшки Аронова от этого вопроса округлились, сделались влажными.

- Ты что-о, в день... Конечно, в месяц.

- Небогато. - Каукалов озадаченно похмыкал в кулак. - Очень даже небогато.

- Другого у меня пока нет.

- А хотел бы ты иметь заработок по паре тысяч "зеленых" за вечер?

- Покажи мне такого человека, который бы этого не хотел. - Илюшкины глаза округлились ещё более. - Пце! - выразительно воскликнул он.

- Ну, наверное, есть такие люди.

- Да. Те, кто получает по три тысячи за два часа. Или по четыре. Аронов потянулся за бутылкой "Кеглевича". - Разговор такой крутой, что его трэба запиты. На сей раз жахнем по лимонной...

- Наливай!

- А ты, Жека, что, жилу золотую где-то обнаружил? А?

- Да вроде бы, - неохотно отозвался Каукалов, и по тону его Аронов понял, что расспрашивать Каукалова не стоит. Нынешнее время - это время коммерческих тайн, в иных семьях даже жена мужу не сообщает, сколько денег получает в частной фирме, и это считается нормой, правилом, а уж по части заработать, да тем более лопатой поковыряться в золотой руде - тут уж сам Бог запретил что-либо спрашивать и что-либо сообщать. - Ищу компаньона, проговорил Каукалов, внимательно разглядывая своего старого дружка.