Я вздрогнул, когда мотор заглох. Нас остановили. Мы в самом центре космопорта. Снаружи послышались голоса: говорили водитель и какой-то лант. - Я только что там был... Это много времени не займёт. Я нагребу где-то за пределами периметра земли и закрою ею яму... - Я поеду с вами... Ради предосторожности. - В фургоне? Там есть кресло, журнальный сто... - Нет, мне будет удобней в кабине. Хлопнула дверь, и мы снова поехали. Дядюшка Харрис о чём-то толковал с лантом, но я не мог разобрать слов. Я пытался дальше планировать наши действия. Что делать? Скитаться? Нет... Предпринять новую попытку? Нет... Я начал пропускать события, улавливая лишь некоторые фрагменты. За стенами нашей деревянной тюрьмы скрежетали различные механизмы, кипела работа по уничтожению туннеля, который мы готовили на протяжении двух месяцев. Три года мы ожидали, пока придёт корабль на Фригерон-V, столицу колониального антилантического движения. Он вернётся обратно только через полдесятка лет, а такое время нам, увы, не продержаться... - Шендс... Шендс... Я открыл глаза. Кто-то шептал мое имя. Я взглянул на Ольгу: она молчала. Тем не менее, голос проникал в мозг из ниоткуда. Может, я брежу? Сошел с ума? - Шендс... Ольга... Шендс... Голос был до боли знакомый. Мой? Ольги? Нет, мы не можем сами себя звать. Голос проникал сквозь стенки ящика, бился внутри эхом, пока не доносился до наших ушей. Знакомый... Это же голос Дядюшки! - Шендс, - шепнул он, на этот раз громче. - Да? - откликнулся я. - Я подам сигнал зуммером, когда выберемся из опасной зоны. А сейчас отдыхай. Пока все в порядке. Он ушел. Сопровождающий нас все еще был здесь, но раз уж Харрис сказал, то так оно и будет. Как бы мне хотелось, чтобы это действительно было так. Ольга посмотрела на меня и попыталась улыбнуться. И это ей удалось превосходно. Я долго всматривался в ее нежные, уникальные черты лица, в эти губы... На этот раз я уже не мог удержаться. Терять теперь было нечего. Вне Закона...