Я встала с шезлонга и отправилась в дом за репеллентом. По дорожке вихляющей походкой мне навстречу шел Феликс. Расслабленная грация движений секретаря нисколько не соответствовала выражению его лица. Напряженно сведенные к переносице брови, нежный овал молодого лица обострился скулами, губы были упрямо стиснуты. Нарочитая беспечность альфонса и лицо, напомнившее мне кошмары последних дней.

Но, подойдя ближе, Феликс посмотрел на меня глазами человека, обещавшего мне поддержку. Никакого намека на шантаж в них не было.

Именно этот взгляд, а не слова, остановили меня.

— Мария Павловна, по-моему, нам стоит поговорить. Мне кажется, у вас пожар. — Уловив во мне серьезное к себе отношение, он продолжил:

— А у меня потоп. Возможно, мы будем друг другу полезны. — Он вложил мне в руку какую-то визитку и закончил:

— Сегодня в девять буду ждать вас в этом кафе. Не бойтесь.

— Мне нечего бояться.

— Возможно. Но давайте встретимся.

Оставив последнее слово за собой, Феликс обогнул меня с грацией кошки и продолжил путь к бассейну.

Не удержавшись, я посмотрела ему вслед. Удаляясь от меня, по дорожке порхал «тетушкин Эндимион». Вскидывая в приветственном жесте тонкие руки, он сюсюкал что-то близнецам и почти вальсировал. Привычные метаморфозы этого дома. Только что рядом стоял мужчина, куда он делся через шаг?

Уверенная в том, что Феликс присмотрит за мальчиками, я медленно брела по дому к своей комнате. Жесткий пластик вычурной визитки впивался острыми краями в мою ладонь и требовал ответа. Ехать в кафе или нет? Зачем мне Феликс? Чего он хочет?

Помочь? Навряд ли. Немного раньше я бы выбросила визитку и мысли о Феликсе в мусорную корзину. Меня тревожили его глаза.

Не обычная зеленая муть, полуприкрытая веками в неге, а глаза человека, привыкшего к действию. Его взгляд теребил мои обнаженные нервы и требовал от меня поступка.