ФЕЛИКС: На курсы! Наташа, скажи ему!

НАТАША: Феликс Александрович, ты не волнуйся. Ты просто рассказывай, как все было, и ничего тебе не будет.

ФЕЛИКС: Да я и так рассказываю все, как было…

ИВАН ДАВЫДОВИЧ: Кого еще из знакомых вы встретили на курсах?

ФЕЛИКС: Ну кого… (Он очень старается). Этого… Ну Валентина, инженера, из филиала, не знаю как его фамилия… Потом этого, как его… Ну такой, мордастенький…

ИВАН ДАВЫДОВИЧ: И о чем вы с ними говорили?

ФЕЛИКС: Ни о чем я с ними не говорил. Я сразу пошел к Наташе. К Наталье Петровне.

ИВАН ДАВЫДОВИЧ: Потом вы оказались в ресторане. Зачем?

ФЕЛИКС: Как это — зачем? Поесть! Я же целый день не ел… Между прочим, из-за этого вашего Курдюкова!

Павел Павлович поднимается, секунду смотрит на телефон, выдергивает телефонный шнур из розетки и снимает аппарат со столика на пол. Затем произносит: «Эхе-хе…» — и направляется к двери на кухню.

ИВАН ДАВЫДОВИЧ (раздраженно): Павел… э… Павлович! Я не понимаю, неужели вы не можете десять минут подождать?

ПАВЕЛ ПАВЛОВИЧ (приостанавливается на мгновение): А зачем, собственно, ждать? (Издевательским тоном.) Курдюков. Курдюков…

Он скрывается на кухне, оттуда доносится лязг посуды. Феликс обнаруживает, что все с жадным вниманием смотрят на него.

ИВАН ДАВЫДОВИЧ: Феликс Александрович, будет лучше всего, если вы сами, без нашего давления, добровольно и честно расскажите нам: с кем вы сегодня говорили о Курдюкове, что именно говорили и зачем вы это делали. Я очень советую вам быть откровенным.

ФЕЛИКС: Да господи! Да разве я скрываю! С кем я говорил о Курдюкове? Пожалуйста. С кем я говорил… Да ни с кем я не говорил! С женой Курдюкова говорил, с Зоей! Она мне сказали, чтобы я поехал к нему в больницу, я и поехал. И все. Больше ни с кем!

На кухне снова слышится звон посуды, в кабинете появляется Павел Павлович. На нем кухонный фартук, в одной руке он держит шипящую сковородку, в другой — деревянную подставку для нее.