– Кстати, и я думал, что это бред, – сказал незнакомец.

– Да-да, не перебивайте. Еще вчера утром вас не было. Поэтому мы никогда не встречались раньше. Вы – это я в то самое мгновение, когда я проходил мимо его биогологенератора или как там его называют.

– Послушайте, а вы не отличаетесь скромностью, – сказал Двойник. – Почему «я – это вы»? А если наоборот? Как я мог родиться вчера, если я помню себя десятки лет? Я все помню, – сказал он задумчиво. – Я могу показать вам могилу отца, и две сосны, где висели мои качели, и свои фотографии… Мальчик на велосипеде…

– Это мои фотографии!

– …и свои фотографии, и ту скамейку в Парке смеха, где я впервые увидел Ирен…

– Ирен! – воскликнул Миллер. – Вы знаете Ирен?

– Простите, это моя невеста, – спокойно ответил Двойник.

– Но это чудовищно!

– Успокойтесь, так называемый профессор Миллер. И давайте здраво взвесим все события. Если вы утверждаете, что я возник вчера и виной тому ваша неосторожность в лаборатории старика Чвиза, то, насколько я знаю теорию Чвиза, мы должны быть абсолютно одинаковы физиологически, а характер и эмоции одного из нас должны определяться характером и эмоциями другого точно в момент синтеза. Каким были вы в ту секунду, когда Чвиз включил полет? Не помните? Разумеется, вы не помните: человек не может контролировать и запоминать свои эмоции по секундам. А тогда ответьте мне на вопрос: как можно сейчас доказать, что вы – настоящий Миллер, а я – синтезированный?

Миллер молчал.

– Значит, критерия нет, – продолжал Двойник. – Сравнивать не с чем. И, клянусь, я не отобрал у вас вашего имени. Синтезированный двойник – вы.