– Дело не только в этом.

– Это так, – настаивал Мэйсон. – Говорю вам, наука поймала нас в капкан. Она доставила нас до Марса и Венеры. Дальше она повести нас не может. Внешние, более отдаленные планеты лежат за пределами достижений любого мыслящего существа. Никакая ракетно-горючая смесь и никакая реактивная система запуска в перспективе не могут преодолеть подобную пропасть. И от этого никуда не денешься. Наука вывела нас на крайний рубеж – и вот я располагаю кнопкой – полностью автоматизированной белой виллой на этом рубеже. Дальше науке просто некуда идти, поэтому она обернулась на жизнь внутри общества, из чего получилась цивилизация. В результате мы абсолютно свободны и получили счастье такой ценой, что можно только оплакивать такое счастье.

Чиновник удивленно поднял брови, язвительно заметив:

– Довольно странно, что человек, столь непримиримый к науке, прибегает к ее помощи, чтобы уйти из жизни?

– Я выбрал способ ухода в соответствии с законом, – возразил Мэйсон. – К тому же я готов признать, что наука имеет свои полезные стороны. Но я не считаю, что она должна быть выше критики.

– Может, там вас еще что-то ждет, – загадочно предположил собеседник. – Я часто думаю, что на этом не все кончается.

– Конец приходит, когда нет цели и желания. Все, что не может расти, погибает.

– Это мнение, на которое вы, как гражданин, имеете полное право. – Поведение чиновника обнажило его собственную позицию. Перебирая свои бланки, он выбрал один. – Выяснив, что ваше решение окончательное и бесповоротное, мне не остается ничего другого, как выписать вам пропуск.

– О боги, туда еще нужен пропуск! – Мэйсон склонился над столом и выхватил подписанный пропуск прямо из руки чиновника, помахав им, как белым флагом. – Что теперь с этим делать?