После тризны я собрала Боевой Совет. Мне действительно нужен был совет. Я никогда неискала власти, меня вполне устраивало второстепенное место при Пентезилее. И если после ее смерти я была в состоянии что-то предполагать, я бы предположила, что Военным Вождем выберут более опытную — Антианиру (но она оставалась наместницей в Темискире), или Хтонию — но именно Хтония убедила всех, что в меня вселился дух Пентезилеи.

Довольно странное утверждение. Я уже говорила, что мы верим в переселение душ. Но дух умершей должен проявиться в новорожденном младенце, а не во взрослой женщине.

Кроме Хтонии в Совет входили: Аэлло, Мелайно, Киана, Никта, Анайя, Кирена и Аргира.

Хтония была старше других, ниже меня ростом, широкоскулая, коренастая, черноволосая, с кожей, от природы — не от загара — более темной, чем у многих. Она могла бы стать превосходным Военным Вождем — отважная, верная, хладнокровная…

Я говорю: «могла бы», потому что сейчас ее уже нет в живых.

Но она предпочитала оставаться просто советницей. В сущности, то же можно было сказать и об остальных.

Я иногда задаю себе вопрос — случайностью или волей Пентезилеи было то, что в Боевом Совете собирались люди, не рвущиеся к личной власти? Ведь не все же мы были таковы, и царицей по суду Богини становилась победительница турнира, а чтобы победить, надо этого хотеть.

И я не могу ответить.

Итак, я спросила советниц, что нам делать теперь?

Их мнение было единодушным — это место заражено, Богиня от него отвернулась, и нужно как можно скорее уходить отсюда, дабы не заразиться самим.

У меня на этот счет имелись сомнения, которые я изложила вначале, но они были не настолько сильны, чтобы я пошла одна против всех. Чтобы победить, нужно этого хотеть (правда, позже я убедилась, что это правило не всегда срабатывает и имеет оборотную сторону).

Я согласилась. И не стоит спрашивать, что было бы, если бы мы остались. За меня это сочиняли — уже сочинили — другие. За себя же скажу, что вполне способна защищать безнадежное дело. Но тогда этого не произошло. Ничего не поделаешь.