Как-то Он привез оружие, боеприпасы, еду и медикаменты отряду, попавшему в окружение. Никто так и не понял откуда появился грузовичок. Шел холодный осенний дождь, ничего не было видно на расстоянии двух метром и из этой завесы вырулил грузовик. капли дождя шипели, попадая на раскаленный докрасна металл. водитель молча вылез и взялся за задвижку кузова. снова раздалось шипение и потянуло сгоревшим мясом. Выражение Его лица не изменилось - Он откинул борт и отошел в сторону. Груза оказалось столько, что его пришлось бы доставлять целым автопоездом. Когда дверь кабины немного остыла один из солдат попытался открыть ее. Водитель выстрелил ему в затылок, сел в машину и уехал в дождь. останавливать его никто не решился.

В очередной раз перевозя оружие, Он оказался на пустынном шоссе, которое как стрела летело через лес. Миновав крутой поворот Он увидел древние развалины маленького городка. Лишь один дом выглядел целым, на перилах ветер трепал выцветшую тряпку. Он притормозил около дома. Рассохшаяся дверь открылась и на крыльцо вышла Она. на ней было тоже самое платье что и в тот день, когда Он уехал. Только выцветшее и расползающееся от старости. Но, сама она нисколько не изменилась, хотя давным-давно должна была умереть. Ее губы дрогнули и Она собралась что-то сказать.

Водитель молча пожал плечами, захлопнул дверь кабины и уехал.

Мои корабли

Я ложусь на траву, в тени посадочной опоры старого грузового "Норда", срываю тонкий стебелек, прикусываю зубами. Я люблю вытянуться, сложить руки за головой, и смотреть, бездумно и спокойно смотреть в это вечно голубое небо. Здесь почти всегда солнечно. И очень редко бывают облака. Такая вот причуда местного климата.

Первые годы после прибытия я с самого утра надевал на голову тонкий ободок плеера и постоянно слушал нео-рок, психолаунж, джаз-нуово, только чтобы не оставаться один на один с тишиной степи.