Невольничий Рынок находился сразу за Цветочными Рядами.

Торговали здесь, разумеется, не только цветами, но и курительными лентами, а также Легкими Зельями, разрешенными к свободной продаже. Именно в Цветочных Рядах, не поверив сперва своим глазам, обонянию и рассудку, Просперо три года назад приобрел редчайший порошок "Шакья-мухи". В устрашающем количестве семи с половиной унций, за совершенно смехотворную цену. Хозяин, древний садовник-клумбарий, ни бельмеса не смысливший в магии, рекомендовал снадобье в качестве "прекрасного удобрения для подкормки гортензий и рододендронов". Менее сдержанного или более пожилого чародея на месте Просперо от подобных слов вполне мог бы хватить удар. Но боевой маг только крякнул, прочищая горло, и велел упаковать "удобрение" в свинцовый футляр. Затем, собираясь уходить, с выражением вселенской скуки на лице поинтересовался: имеется ли у почтенного клумбария запас сего пустячка? Если удобрение оправдает надежды, клиент закажет еще. Увы, мага ждало жестокое разочарование. Он забрал последнее. "Шакья-мухи" любитель гортензий обнаружил в подвале дедовского дома после смерти старца от обжорства, и откуда взялось зелье, понятия не имел. Тайное расследование, предпринятое магом, не дало результатов. Удалось выяснить лишь, что покойный дедушка клумбария был весьма удачливым вором, а также жил несусветно долго, раздражая соседей и родственников. С тех пор Просперо взял за правило время от времени посещать Цветочные Ряды. Однако больше ему не везло на редкости, кроме тусклого от порчи, но вполне действенного Горшка Нечаянной Радости.

Сегодня маг быстро шел мимо прилавков. Сопровождающие могут дурно истолковать задержку. Решат, что он колеблется, нарочно тянет время. Затея, скажем прямо, дурацкая, но… Уговор дороже денег, а честь дороже уговора. Отказаться – значит потерять лицо. А жить без лица – удел мокриц и нопэрапонов.