Процессия, распухая по дороге беременной гадюкой, приближалась к месту своего назначения. Согласно кодексу, каждый из "дуэлянтов" взял с собой ученика и доверенного слугу. Были приглашены беспристрастные свидетели: придворный капельмейстер, донельзя гордый оказанным доверием, – и желчный, но справедливый королевский советник по делам градостроительства. Вполне достаточно, с точки зрения капитана и мага. Увы, близкие и доброжелатели считали иначе. Весть об уникальной дуэли молнией облетела дворец, стаей тараканов разбежалась по улицам. В итоге за спорщиками увязались: дюжина придворных, с десяток родственников капельмейстера, казначей Пумперникель, гвардейский лейтенант со товарищи, стайка полузнакомых личностей, дурно одетый поэт-пасквилянт со следами свежих побоев, старшина цеха гробовщиков с женой и детьми, а также уйма зевак всех сословий.

Прорва народу сопела и сплетничала громким шепотом.

"Превратил бы Альраун их в жаб, что ли? Ненадолго, только чтоб отстали," – хмуро косился капитан на толпу. Мысли мага двигались аналогичным курсом:

"Хорошо бы Руди этих болванов – в тычки! Мечом, плашмя, по хребту… Ф-фух, дошли наконец!"

Невольничий Рынок ждал, распахнут настежь: дощатые бараки для рабов, шатры менял, кипящие котлы с похлебкой, загоны, где понуро сгрудились мученики долговой ямы, чернокожие силачи-мамболезцы, скованные одной цепью, харчевня для торговцев, колодец на краю торжища… Откуда-то сбоку вывернулся карлик-распорядитель. Утер потный лоб тряпкой с грязными кружевами, затараторил:

– Честь! Большая честь для нас! А то как же… Наслышан, изрядно наслышан! Заранее старался – с утреца отбирал, с рассвета! Прошу за мной, господа, прошу… а то как же!..

Советник по градостроительству хотел было задержаться у навеса с чисто вымытыми по случаю продажи наложницами, даже поинтересовался оптовыми скидками, но вспомнил, зачем он здесь, и уныло поплелся дальше.