– Написал, если хочешь, проверь, – с легкой обидой в голосе ответил Максим.

– А с английским что? Ты к Веронике Анатольевне подходил?

– Она сказала, что на следующем уроке спросит меня.

– Ты давай двойку свою исправляй! – назидательно и твердо произнесла Валентина Андреевна.

– Да я все уже приготовил, – с легким раздражением ответил Максим, ему не терпелось скорее вернуться к своим дискам и «Денди».

– Оставь сочинение на столе, я завтра утром посмотрю. Как у тебя с твоим айкидо?

– В следующее воскресенье соревнования, ты сможешь прийти?

– Постараюсь. Иди, я тебя поцелую и ложись спать, поздно уже.

– Мам, ну еще полчасика, ладно? – умоляюще произнес Максим, – мне осталось еще два уровня пройти.

– Хорошо, но только полчаса.

Вершинина нежно привлекла к себе сына и, чмокнув его в щеку, провела рукой по светлому бобрику его волос.

«До чего же он похож на отца, – подумала Вершинина, глядя не Максима, – но что поделаешь, насильно мил не будешь».

С мужем Вершинина рассталась, когда Максиму было пять лет. Разошлись без скандалов и сцен, по обоюдному согласию. Вскоре Олег – так звали бывшего мужа Валандры, снова женился.

Его новая жена Марина если и не была полной противоположностью Вершининой, то отличалась от нее большей домовитостью, сердобольностью и рвением, с которым выполняла свои семейные обязанности. В общем, Марина, можно сказать, воплощала тот идеал женщины, к которому всю жизнь сознательно и бессознательно стремился Олег.

Сойдясь с мягкой, покладистой, сюсюкающей, сдувающей с него пылинки Мариной, он как бы опроверг физический закон, согласно которого одинаково заряженные частицы отталкиваются.

Будучи рыхлым, безынициативным, добродушно-вялым субъектом, Олег, казалось бы должен был дополнять волевую, энергичную Валандру. Так оно и было до определенного времени. Но с годами ему надоело все время уступать и повиноваться, как бы определили это психологи «быть ведомым» и захотелось быть «ведущим».